Том уголовного дела

Оформление уголовного дела

Том уголовного дела

Некоторые нормы УПК предусматривают требования, связанные с делопроизводством.

Однако, в УПК не регламентирован порядок регистрации сообщений о преступлении, регистрации ходатайств  и жалоб, который способствует сохранности обращений и, главное, их рассмотрению в установленные сроки.

УПК вообще не содержит понятие «регистрация», которое, согласно Правилам делопроизводства, означает «присвоение документу регистрационного номера, внесение сведений о документе в регистрационно-учетную форму».

В соответствии с ч. 1 ст. 217 УПК РФ  следователь предъявляет «обвиняемому и защитнику подшитые и пронумерованные материалы уголовного дела». Но в УПК не говорится, как следователь должен подшить уголовное дело, какое количество листов должен содержать один том дела и чем  должны быть нумеровать листы.

  Ненадлежащее, оформление уголовного дела нередко являются предметом заявлений и ходатайств стороны защиты как на стадии предварительного следствия, так и при рассмотрении дела судом.

Как следователи, так и судьи при получении ходатайств и жалоб о нарушении оформления уголовного дела чаще всего отказывают заявителям в их удовлетворении. Однако единообразия в мотивах отказа у судей нет. Довольно часто  суды и должностные лица мотивируют свой отказ тем, что в УПК не прописан порядок оформления уголовного дела.

Вместе с тем, согласно ч. 4 ст. 7 УПК, решения суда и должностных лиц, осуществляющих предварительное расследование, должны быть законными, мотивированными и обоснованными.

На практике, очень часто,  сторона защиты в качестве довода указывают на то, что материалы дела следователь пронумеровал карандашом и в нумерации есть исправления. Суды отвергают этот довод, но с разными и не  бесспорными обоснованиями либо без них.

Защита указывает, что нумерация листов уголовного дела «не ручкой, а карандашом делает возможным подмену (замену) документов». Суды отклоняют эти доводы указывая, что «согласно подпункту „б“ пункта 7.9 Инструкции по судебному делопроизводству в районном суде (утвержденной приказом Судебного департамента при Верховном Суде РФ от 29.04.

2003 № 36) листы уголовного дела нумеруются арабскими цифрами в правом верхнем углу листа, не задевая текста документа, карандашом» . Однако из данного судебного решения неясно, почему следователь при выполнении требований ч. 1 ст.

217 УПК РФ должен руководствоваться инструкцией по делопроизводству, предназначенной для суда, и соответствует ли нумерация листов в уголовном деле нормам УПК РФ.

По одному из уголовных дел Ростовский областной суд отказал в удовлетворении апелляционной жалобы осужденного, который полагал существенным нарушением УПК то, что «листы уголовного дела пронумерованы карандашом, в середине первого тома имеются явные исправления нумерации страниц».

В апелляционном определении суд отметил: «То обстоятельство, что материалы дела не были прошиты и пронумерованы карандашом, не свидетельствует о существенном нарушении прав осужденного, поскольку обвиняемый был ознакомлен со всеми материалами дела в полном объеме при выполнении требований ст.

217 УПК Выполнение нумерации материалов дела карандашом не является процессуальным нарушением, которое могло повлиять на законность процедуры ознакомления» .

В этом апелляционном определении не указан мотив, почему суд не усматривает существенного нарушения требований УПК РФ в том, что материалы дела не прошиты и пронумерованы карандашом.

Аналогичный довод приводили  и в других областных судах. Практика Верховного Суда РФ фактически аналогичная. В кассационном определении от 16.02.

2011 №  66-О11-4  ВС РФ отметил, что «ссылки осужденного  на то, что уголовное дело скреплено шнуровкой, не опечатано, его страницы пронумерованы карандашом, не противоречат ст.

217 УПК, в соответствии с которой следователь предъявляет обвиняемому и его защитнику подшитые и пронумерованные материалы уголовного дела. Материалы дела соответствуют описи».

Чем регламентируется оформление уголовного дела и как правильно опровергнуть претензии к его оформлению?

Поскольку законом предусмотрено только то, что материалы уголовного дела должны быть подшиты и пронумерованы, следователи нередко мотивируют свои решения по оформлению материалов уголовного дела требованиями ведомственной инструкции по делопроизводству.

К примеру, следователи Следственного комитета РФ ссылаются на Инструкцию по делопроизводству, утвержденную приказом председателя СК России от 18.07.2012 № 40 «Об утверждении инструкции по делопроизводству Следственного комитета Российской Федерации» .

Данная Инструкция предназначена для оформления материалов только контрольных производств и служебных проверок. Но по аналогии с ее требованиями следователи оформляют и уголовные дела, подшивая в каждый том не более 250 листов, нумеруя листы простым карандашом (п. 9.4.

5 Инструкции), подшивая дело «не менее чем в четыре прокола с учетом возможного свободного чтения текста всех документов» .

Аналогичный применяемому в СК России порядок формирования и нумерации дел действует и в других ведомствах, где производится предварительное расследование и рассматриваются уголовные дела.

Так, в п 5.5.4 Инструкции по делопроизводству в Судебном департаменте при ВС РФ также говорится, что «использование чернил и цветных карандашей для нумерации листов запрещается».

Единый порядок делопроизводства в федеральных органах исполнительной власти установлен постановлением Правительства РФ от 15.09.2009 № 477 «Об утверждении Правил делопроизводства в федеральных органах исполнительной власти».

Пунктом 3 Правил делопроизводства предусмотрено, что с учетом условий и специфики своей деятельности федеральный орган исполнительной власти разрабатывает инструкцию по делопроизводству, которую утверждает руководитель федерального органа исполнительной власти.

Причем особо указано, что эта инструкция должна быть согласована с федеральным органом исполнительной власти в области архивного дела. Порядок формирования и оформления дел, как установлено п. 36 Правил делопроизводства, также определяется Росархивом.

Сделано это в связи с тем, что уголовные дела, наряды, журналы и книги постоянного или длительного хранения в конечном итоге сдаются в архив. Поэтому единый порядок формирования и оформления дел устанавливается Росархивом, что предусмотрено ФЗ РФ от 22.10.2004 № 125 ФЗ «Об архивном деле в РФ».

Источник: https://pershickow.ru/oformlenie-ugolovnogo-dela/

20 томов дела и 40-часовые сутки: как работает следователь полиции

Том уголовного дела

ТАСС/Дмитрий Рогулин

6 апреля в России отмечают День следователя. 52 года назад право досудебного следствия перешло от прокуратуры к МВД. M24.ru поговорило с представителем столичного следственного управления полиции о том, как сегодня работают следователи.

Сколько человек работает в следственном управлении МВД?

ГСУ МВД по Москве – это крупнейшая структура органов предварительного следствия в России, на его долю приходится более 88% расследованных преступлений. Всего столице около 2 тысяч следователей, 250 из которых – в главном управлении, остальные работают в окружных.

Сколько уголовных дел завели и расследовали все эти следователи?

С начала года следователи МВД возбудили 24 тысячи уголовных дел. Учитывая, что каждое дело составляет 20 томов по 250-300 страниц, в общем все это весит 600 тонн, что равно 75 “КамАЗам” или девяти железнодорожным вагонам.

ТАСС/Николай Малышев

Причем из этой массы дел около 1,5 тысячи было возбуждено по подделке денег или ценных бумаг. Отметим, что подделывают в основном купюры достоинством в тысячу и пять тысяч рублей, а также 100-долларовую банкноту, причем за один настоящий доллар в среднем дают около восьми поддельных.

Кстати, в производстве было дело-рекордсмен: 400 томов, каждый из которых был по 250-300 страниц.

А сколько преступников поймали?

За три месяца 2015 года в качестве обвиняемых были привлечены 4,7 тысячи человек, из них арестовали 2,7 тысячи. Для сравнения, в Молжаниновском районе (самый маленький по численности жителей) проживает около 3 тысяч человек.

Сколько денег похитили или пытались похитить фигуранты?

Точных данных об общей сумме ущерба, нанесенного фигурантами уголовных дел, нет. Известно только, что материальный урон измеряется миллиардами рублей.

Например, недавно были задержаны подпольные банкиры, которые за процент от суммы сделки проводили финансовые операции в обход Центробанка. Комиссия злоумышленников составляла 3,8%, всего им удалось заработать около миллиарда рублей. Получается, что через руки подпольных банкиров прошло около 25 миллиардов рублей

Интересно, что фигуранты дела проводили операции прямо в помещении банка. Затем в ряде кредитных учреждений прошли обыски, и фигуранты решили скрыться. Одного из них удалось поймать в столице, второго – в Сочи, при попытке пересечь границу с Абхазией.

M24.ru/Евгения Смолянская

Кстати, участника банды подпольных банкиров уже осудили – суд приговорил его к 3 годам колонии.

https://www.youtube.com/watch?v=XhQMHkKN6RE

Стоит отметить, что в незаконных финансовых операциях нередко участвуют работники банков, которые выдают за взятки крупные кредиты, обналичивают средства или участвуют в незаконных финансовых операциях, направленных на хищение денег.

В то же время потерпевшими оказываются крупнейшие банки города и страны.

Если учесть суммы, фигурирующие в делах ГСУ за период с начала года, получается астрономическое число: 144,5 миллиарда рублей, или бюджет стран вроде Замбии или Гондураса.

ГСУ расследует какие-то громкие дела?

В производстве следователей столичной полиции находились или находятся:

Как работает следователь?

Где-то происходит преступление, на место выезжают оперативники, которые проводят проверку и готовят по ней материал, который приносят к следователю. Он, в свою очередь, выносит постановление либо о возбуждении уголовного дела, либо об отказе.

Далее начинается сбор информации, устанавливаются лица и место совершения преступления. Затем проходит ряд следственных действий и оперативно-розыскных мероприятий – например, обыски, в ходе которых изымаются вещдоки и остальные вещи, имеющие значение для следствия.

На месте работает следственно-оперативная группа, состоящая из нескольких оперативников, группы силовой поддержки и одного следователя, который осматривает место, знакомит всех участников с постановлениями и, если нужно, уведомляет о задержании.

После всех привозят в управление внутренних дел, где их допрашивают – сначала в качестве свидетелей, а потом, если надо, то в качестве подозреваемых и, наконец, обвиняемых.

После этого следователь выписывает постановление о задержании и готовит ходатайства в суд об избрании меры пресечения. Все это нужно успеть сделать за 48 часов, иначе предполагаемого виновника придется отпустить.

Затем проводится заседание суда, на котором следователь выступает с ходатайством. Если фигуранта арестовывают в суде или отправляют под домашний арест, то в следующие 10 дней надо предъявить обвинение.

ТАСС/Александр Саверкин

Иногда, если у подследственного остается статус только подозреваемого, следователь может не выходить в суд, а избрать меру пресечения в виде подписки о невыезде.

Итак, материалы собраны, фигуранты допрошены и необходимо начинать готовить тома. Среднее дело – это 20 томов, каждый из которых следователь собирает сам: от ручной нумерации страниц до сшивания иглой и нитью.

После участники процесса знакомятся с делом, материалы направляют на подпись в прокуратуру и, если все в порядке, надзорное ведомство подписывает его и направляет в суд.

Как следователи все успевают?

Задержание и допрос одного человека занимает около шести часов, а иногда и больше. Порой следователи задерживают по 15-30 человек в сутки, (а сутки у следователя могут быть и 40-часовые), и это все только по одному делу. В среднем у следователя ГСУ по 4-8 дел в производстве. Можно представить, сколько времени необходимо сотруднику для работы, так как в СИЗО на допросы ходит он сам.

Источник: https://www.m24.ru/articles/prestupleniya/06042015/70346

Следователей хотят обязать предъявлять для ознакомления сразу все тома дела

Том уголовного дела

Такой законопроект внесён на рассмотрение Госдумы

Заксобрание Ленинградской области предложило дополнительно обязать следствие предъявлять обвиняемым, находящимся под стражей, все тома уголовного дела сразу.

По мнению депутатов, это искоренит порочную практику «дорасследования» дела уже после начала ознакомления с ним обвиняемого и защитника.

Однако адвокаты указывают на «многочисленные лазейки» и поэтому  считают поправку «номинальным реверансом в сторону защиты, который вряд ли изменит ситуацию хоть сколько-нибудь ощутимо».

Опубликованный сегодня законопроект предусматривает внесение изменений в ч. 5 ст. 109 УПК («Сроки содержания под стражей»).

Сейчас эта норма предполагает, что материалы уголовного дела должны быть предъявлены обвиняемому, содержащемуся под стражей, и его защитнику не позднее чем за 30 суток до окончания предельного срока содержания под стражей (по общему правилу речь идёт о 12 месяцах).

Авторы инициативы хотят дополнить это положение прямым указанием на то, что предъявляться должны «все материалы оконченного расследованием уголовного дела в подшитом и пронумерованном виде».

Такие правила уже предусмотрены в других статьях УПК – 215-й («Окончание предварительного следствия с обвинительным заключением») и 217-й («Ознакомление обвиняемого и его защитника с материалами уголовного дела»).

Но депутаты заксобрания Ленобласти считают, что отсутствие подобной формулировки в ст.

 109 УПК приводит к тому, что следователи – пытаясь начать процедуру ознакомления с делом в срок и одновременно не допустить освобождения фигуранта дела – предоставляют обвиняемому и его защите только часть томов.

«При этом стадию ознакомления обвиняемого с материалами уголовного дела работники следственных органов часто используют для проведения следственных действий после официального окончания предварительного следствия, в результате чего происходит незаконное дополнение материалов уголовного дела новыми документами», – добавляют авторы законопроекта.

С ними соглашается адвокат Анастасия Пилипенко: «Когда предельный срок содержания под стражей истекает, следователь приезжает в СИЗО с двумя томами из пятисот. А потом бодро сообщает в суде при продлении меры пресечения, что материалы уголовного дела обвиняемому предоставил. И суды продлевают меру свыше предельного срока. В это время остальные 498 томов ещё только формируются следствием».

В пояснительной записке подчёркивается, что «предусмотренное статьёй 47 УПК право гражданина знать, в чём он обвиняется и какими доказательствами подтверждается предъявленное ему обвинение, является исключительно важным для построения эффективной защиты в суде, для возможности возражать обвинителю и убедительно оспаривать его позицию».

Авторы инициативы предусмотрели и исключения из этого правила.

Во-первых, обвиняемому не будет предъявляться постановление о сохранении в тайне данных о личности потерпевшего и связанных с ним лиц – если следователь решил, что это нужно для их безопасности.

Во-вторых, уголовное дело может быть дополнено новыми материалами на стадии ознакомления по ходатайству одного из участников процесса – с ними обвиняемого и защиту будут знакомить отдельно.

По мнению Анастасии Пилипенко, поправка способна решить проблему лишь отчасти. «Следователь будет утверждать, что представил для ознакомления все материалы уголовного дела. А большая часть материалов в дело попадёт через упомянутую в законопроекте ст. 219 УПК («Разрешение ходатайства» – “АУ”).

Или, например, через указания руководителя следственного органа перед направлением дела с обвинительным заключением прокурору. В законопроекте о таком механизме не сказано, потому что такие решения руководители принимают уже после ознакомления сторон с материалами дела».

«И ещё будет тысяча лазеек, которые я сейчас не могу придумать, но следствие придумает обязательно», – уверена Пилипенко.

Она указала также, что непонятно, какими будут последствия обхода закона для следователя. «Допустим, он в суде клялся и божился, что все материалы предоставил обвиняемому, и суд продлил меру. А потом выясняется, что не все материалы представлены.

К этому моменту мера пресечения может быть уже продлена судом, слушающим уголовное дело по существу, и обжаловать предыдущее продление хоть и надо, но малоэффективно, – пояснила она.

– Можно ещё просить суд первой инстанции признать “запоздалые” материалы недопустимыми доказательствами, но прямого указания на эту возможность в законопроекте нет. В его отсутствие суды, скорее всего, отнесутся скептически к таким доводам защиты».

По мнению Пилипенко, законопроект – «номинальный реверанс в сторону защиты, который вряд ли изменит ситуацию хоть сколько-нибудь ощутимо». С ней согласен адвокат Максим Никонов. «То, что предлагается ввести в ч. 5 ст. 109, фактически есть и в ст. 215, и в ст. 217 УПК.

Это делается только для того, чтобы следователь читал положения закона не в одной статье, а в двух, – посетовал он. – Это не проблема регулирования, это проблема правоприменения».

Он уверен, что это не изменит подход следствия: тем сотрудникам, которым было достаточно двух статей, третья не нужна – а те, «кто считал, что они могут приносить защите документы в любом порядке, в котором они посчитают нужным», просто не обратят внимание на новую норму.

Источник: https://advstreet.ru/news/sledovateley-khotyat-obyazat-predyavlyat-dlya-oznakomleniya-srazu-vse-toma-dela/

Уголовное дело на разных стадиях: в полиции, в зале суда и в голове судьи

Том уголовного дела

Институт проблем правоприменения при поддержке фонда Алексея Кудрина представил очередной доклад о проблемах российского уголовного делопроизводства, по которому в ближайшее время составят и проект реформы. В нем анализируется ход уголовного дела по всем инстанциям.

От поступления сообщения о факте преступления до принятия решения судом – от МВД до СКР, Генпрокуратуры и системы судов общей юрисдикции.

ИПП выяснил, что в этой цепочке действий есть несколько ключевых, выглядящих совершенно абсурдно моментов, от которых часто зависит не только конечный исход дела, но и то, насколько тяжело придется человеку, попавшему в поле зрения правоохранительных органов. Именно на такие моменты Slon обращает внимание читателя.

Данные ИПП собирались в течение трех лет (2009–2012) посредством интервьюирования участников уголовного процесса, анализа текстов ведомственных приказов, а также материалов статистики.

В основе исследования – изучение «стандартных дел», которые в стране возбуждаются десятками и даже сотнями тысяч в год.

Резонансные дела проживают все-таки несколько другую жизнь, хотя по последним шумным процессам, например Pussy Riot, заметно, что и в их отношении система работает очень шаблонно. 

Главных героев в уголовном процессе три – это подозреваемый, потерпевший и работник правоохранительных органов. Этому третьему, независимо от того, в каком именно ведомстве он работает, очень тяжело. Причем чем хуже ему, тем больше проблем возникает и у подозреваемого, и даже у потерпевшего. 
Возбуждение уголовного дела О самом преступлении правоохранители узнают разными способами: это может быть простой звонок в полицию, заявление потерпевшего, материалы различных проверок (если, к примеру, речь идет об экономических преступлениях) или рапорт полицейского. Если речь идет о звонке, заявлении или рапорте полицейского, который выявил преступление, то дело должно возбуждаться немедленно. Но на практике так происходит далеко не всегда. Дело в том, что при возбуждении уголовного дела следователь должен не только определиться с тем, что именно нужно расследовать, но и назвать конкретный состав преступления (часть и пункт при наличии статьи УК). По установившейся практике, возбуждая уголовное дело, следователь согласовывает текст постановления (квалификацию) со своим начальником и в подавляющем большинстве случаев (кроме самых тривиальных ситуаций) с помощником или заместителем прокурора. Однако здесь есть довольно большая региональная вариация. В некоторых регионах прокуратура практически полностью отказалась от неформального согласования следственных документов, в других же согласуются практически все решения следователя (можно вспомнить Северо-Кавказские регионы). Кроме того, дополнительные барьеры возникают на пути следователя при расследовании тяжкого преступления. В этом случае большое число должностных лиц будет согласовывать необходимые документы, а значит, возрастет вероятность дальнейшего давления этих людей на процесс.
Все решается до следствия При возбуждении уголовного дела обязательна доследственная проверка. Формально на нее отводится три дня. После этого руководитель органа дознания или следственного органа может продлить этот срок до десяти дней. На практике, по экспертным оценкам, все дела рассматриваются в течение как минимум десяти дней, кроме самых очевидных или резонансных, где невозбужденное уголовное дело становится поводом для обвинений следствия в бездействии (такие ситуации чаще характерны для дел, которые ведет Следственный комитет). Если в деле есть необходимость «производства документальных проверок, ревизий, исследований документов, предметов, трупов», то руководитель следственного органа (для следователя) или прокурор (для дознавателя) могут продлить срок рассмотрения до тридцати суток. Здесь нужно понимать, что это смещает следственные действия на формально более ранний этап процесса: то, что, в сущности, должно было бы происходить в рамках следствия, происходит на этапе доследственной проверки.
Следователь может отказаться от уголовного дела Неформально в ходе доследственной проверки следователь оценивает вот какие вещи: Шанс установить виновного. Это решение, как правило, принимается в контакте с оперативными службами. Если такого шанса нет или он мал, то следователь сразу задается вопросом, есть ли шанс отказать в возбуждении уголовного дела (об этом ниже), если же такой шанс есть, то происходит переход дальше. Судебная перспектива. Объем усилий и сроки, которые потребуются для адекватного расследования дела. Задача следователя – не превысить установленные процессуальные сроки (желательно два месяца) и не принять в производство такое уголовное дело, работа по которому отнимет все его время (у следователя, как правило, в производстве одновременно находятся несколько уголовных дел). На основании этих параметров следователь решает, «устраивает» его дело или нет. Те дела, которые «не устраивают», подлежат устранению. Как правило, речь идет о преступлениях, по которым можно отрицать либо факт преступления, либо наличие преступной составляющей (соответственно события и состава преступления). Чаще всего это происходит с такими преступлениями, как нанесение телесных повреждений средней тяжести или грабежи. В этих случаях срабатывают примерно такие критерии: потерпевший должен быть единственным, кто может что-то сообщить о преступлении. Материальные свидетельства должны быть подвергаемы сомнению (например, гематома на затылке и легкое сотрясение мозга может быть получено как в результате нападения, так и совершенно самостоятельно). Показания потерпевшего должны нейтрализовываться показаниям того, кого он обвиняет (он меня ударил / я его не бил, он сам упал; свидетелей нет). Поскольку найти какие-либо доказательства того факта, что преступление имело место, кроме слов потерпевшего, затруднительно, по таким делам по мере возможности выносятся постановления об отказе в возбуждении уголовного дела. Роль играет социальный статус потерпевшего и (при наличии) потенциального обвиняемого. Особенно часто такие постановления (основанные на отрицании факта) выносятся по делам, в которых обвиняемым мог бы оказаться сотрудник правоохранительных органов. Здесь достаточно вспомнить то, как долго не выплывала история с ОВД «Дальнее».
Если гопник, то можно пытать В том, чтобы лицо с официальным статусом подозреваемого (и с перспективой на обвинение) появилось в кратчайшие сроки после возбуждения уголовного дела, заинтересован и следователь, и оперативник. Так у оперативника проставляется в статистической карточке +1 к раскрытию – главному показателю его работы, а у следователя уменьшается риск работы вхолостую: когда подозреваемый установлен, а основная информация об обстоятельствах преступления, потенциально оформляемая в виде доказательств, уже собрана, то увеличиваются шансы на то, что дело будет иметь «процессуальную перспективу». Результатом такой заинтересованности часто бывает физическое воздействие, которое считается вполне приемлемым в этой профессиональной среде, если оно применяется к лицу, которое, по мнению следствия, на самом деле и виновно. Явно негативное отношение к применению силы в полицейской среде возникает только по фактам намеренной фальсификации уголовного дела и только в тех случаях, когда фигурант не рассматривается сотрудниками правоохранительных органов как преступный элемент (наркоман, гопник), изоляция которого считается благом в любом случае. Таким образом, практика жестких методов поддерживается на уровне общей культуры да еще и усугубляется ограниченностью доступа адвоката к лицу, не являющемуся еще ни подозреваемым, ни обвиняемым по возбужденному уголовному делу.
Почему протокол судебного заседанияведется не так, как следовало бы Протокол судебного заседания – это основное доказательство, которое создается судом. Формально его значение очень высоко; все, что происходило в суде, должно быть отражено в протоколе судебного заседания. Все выводы суда должны опираться на протокол судебного заседания. Однако в отличие от протоколов следственных действий, которые подписываются всеми участниками, в том числе с правом дополнять и делать уточнения, протокол судебного заседания изготавливается без участия сторон и подписывается только секретарем и судьей. Поэтому возражения в протокол судебного заседания внести затруднительно, потому что единственным критерием для определения состоятельности возражений является субъективное восприятие судьи, и его выводы нельзя обжаловать, так как никто из вышестоящих судей не может знать, что именно происходило в процессе. Переход на видео-, (аудио) фиксацию всего судебного заседания изменил бы ситуацию, однако до настоящего момента ничего в этом направлении не решено (за исключением случаев, когда к делу приковано внимание журналистов). Любой участник имеет право вести аудиозапись, но нет безусловных механизмов к тому, чтобы эта аудиозапись признавалась как доказательство. Существует даже особая формулировка «произведено не в рамках процессуальной формы», позволяющая игнорировать видео- и аудиосвидетельства. Суд старается принимать только те решения, которые не позволили бы усомниться в качестве работы органов предварительного следствия. Поэтому оправдательные приговоры так редки. В случае если есть сомнения в доказанности вины, большой популярностью пользуются такие суррогаты оправдания, как назначение условного наказания, назначение минимально возможного по данной статье наказания или исключение некоторых эпизодов. Суд, по сути, включен в цепочку правоохранительных органов (что не так уж сложно при том, что судьи зачастую – бывшие работники прокуратуры). И хотя такой подход совершенно не совпадает с ожиданиями общества, судьи охотно поддерживают эту порочную традицию.
Лучше совершать «редкие» преступления Дела, возбужденные по «редким» статьям УК, дают большую вероятность выйти оправданным. Нельзя однозначно утверждать, что более значимо – редкая статья или социальный статус. Указанные характеристики накладываются друг на друга. С одной стороны, «белый воротничок» является маргинальной категорией среди общего потока подсудимых, и поэтому он имеет больше шансов на оправдание. Статистика показывает, что если дело было возбуждено по одной из ниже перечисленных статей УК, то шансы быть оправданным очень высоки. Так, за нарушение правил охраны труда (статья 143 УК) только 0,05% обвиняемых были осуждены, за получение взятки (статья 290 УК) – 0,25% , за преступления против интересов службы в органах власти и местного самоуправления – 0,53% , а за коммерческий подкуп (статья 204 УК) – 0,05%. С другой стороны, есть редкие категории преступлений (частота менее одной десятой процента), которые не могут быть отнесены к беловоротничковой или должностной преступности, но которые демонстрируют аномально высокую долю оправданий. Это статьи 208–210 УК (бандитизм, организация незаконных вооруженных формирований) – 0,08% дел по этой статье закончились обвинительным приговором.Еще лучше обстоит дело с экстремизмом (статьи 280, 282, 282.1–2 УК): только в 0,02% от всех дел по этим составам суд признает вину. С этой точки зрения обвинительный приговор в отношении Pussy Riot также был прогнозируемым. Хотя хулиганство и достаточно редкая статья (0,2% от всех дел), но она относится к общеуголовной преступности, и доля оправданных по ней составляет всего 0,73%. В том случае, если дело относится к разряду типичных, суд ограничен в праве выбора. Обвинительный приговор запрограммирован. Степень давления на суд со стороны всей правоохранительной системы можно увидеть, сопоставив долю оправданий по делам, по которым проводилось предварительное следствие, по ним мы имеем 0,26% оправданных, а по тем делам (это только дела частного обвинения), по которым не проводилось предварительного расследования, – 29,4% признанных невиновными.
Обжаловать нельзя и оправдать Сложность, которая ждет сторону защиты в случае неудачи на стадии обжалования приговора, в том, что суды вышестоящей инстанции очень ограничены во времени. В среднем на каждое уголовное дело приходится 10–20 минут. Часто этого недостаточно для полноценного разбирательства. Поэтому, во-первых, судьи стараются ускорить рассмотрение «простых» дел (а их они определяют на глазок), чтобы более обстоятельно разобрать сложные ситуации. А во-вторых, неизбежно возникает такая ситуация, при которой решение принимается до выхода в судебное заседание. Это означает, что суд выходит в заседание со сформировавшимся убеждением, и речи о непредвзятости вовсе не идет.

ИПП объясняет, что в результате всех этих недоразумений (Slon выбрал только некоторые из них) решение, которое должно приниматься на выходе, принимается на входе.

Так вина де-факто устанавливается прокуратурой (суд никого не оправдывает, следовательно, вопросом вины не занимается). Доказуемость вины определяется не по результатам следствия, а в его начале – на стадии привлечения к уголовной ответственности.

Оперативник отвечает не за то, что предоставил не «потенциального» обвиняемого, а за то, что привел настоящего «злодея», и в ходе дальнейшей работы поменять своего мнения уже не может.

Следователь отвечает за то, что дело пройдет в суде, и в ходе следствия уже не может прекратить дело за недоказанностью. А судья же всего лишь подтверждает компетентность правоохранительных органов.

Источник: https://republic.ru/posts/l/846948

Сколько Листов в Томе Уголовного Дела

Том уголовного дела

Просто хочу макет уголовного дела сделать вот и решила узнать.

один том уголовного дела, как правило, это 250 листов.
Просто хочу макет уголовного дела сделать вот и решила узнать.

Сколько листов может быть в уголовном деле по ч. 1 ст 111 УК. РФ?

Доброго времени суток. Каждое дело может иметь разный объем. Зависит от обстоятельств дела, причиненного ущерба, количества показаний свидетелей, кол-ва вещдоков и т. д. и т. п. может быть и несколько томов.

Сколько листов может быть в уголовном деле по ч. 1 ст 111 УК. РФ?

Очень многое зависит от самого дела (его сложности, обстоятельств и т. д.). Это может быть и сотня листов, а может дело и не уложиться в один том.

Сколько листов в томе уголовного дела

Алексей, добрый день! КУСП — это не уголовное дело. КУСП — это Книга Учета Сообщений о Преступлениях, куда заносятся данные обо всех поступивших сообщениях о преступлениях. В каждом ОВД эта книга есть своя, присваивают номер сообщению, это материал проверки называется.

Длится он от 3 до 10 дней календарных.

▪ Лицо, не достигшее возраста шестнадцати лет, вызывается на допрос через его законных представителей либо через администрацию по месту его работы или учебы. Иной порядок вызова на допрос допускается лишь в случае, когда это вызывается обстоятельствами уголовного дела.

▪ Военнослужащий вызывается на допрос через командование воинской части.

Если вы являетесь заявителем, то обратитесь в ОВД, которое принимало заявление

Это означает, что вас вызывает к себе оперуполномоченный УЭБиПК (Управление по борьбе с экономическими преступлениями и противодействию коррупции).

У вас два варианта — если ваша сестра заявитель — лучше сходить.
Если вы с другой стороны — ходить ни в коем случае не нужно — идите к адвокату.

▪ Повестка вручается лицу, вызываемому на допрос, под расписку либо передается с помощью средств связи. В случае временного отсутствия лица, вызываемого на допрос, повестка вручается совершеннолетнему члену его семьи либо передается администрации по месту его работы или по поручению следователя иным лицам и организациям, которые обязаны передать повестку лицу, вызываемому на допрос.

Имеет ли право следователь ознакамливать с уголовным делом пронумерованным карандашем

Номера страниц дела. К примеру по 217 дело должно быть пронумеровано и прошнуровано.

Карандаш или ручка не имеет значения. Дело должно быть пронумеровано хоть чем, но должна быть опись, которая должна соответствовать страницам уголовного дела. Если не желаете полностью копировать дело, скопируйте опись каждого тома, подписанное следователем.

Спасибо за советы но всеже вопрос о том как обосновать что карандаш нельзя использовать для нумерации страниц? Повторюсь следователь не показывает все дело. Ознакомление начато. Тома которые он показал были пронумерованы с помощью КАРАНДАША.

А какой нормативный акт регулирует чем наносить нумерацию вопрос открытый. Он теперь отрезал все обложки тк по закону должно быть пронумеровано и прошнуровано дело. Данные преступные действия нужны следователю для сфабриковыванию уголовного дела.

Есть ли нормативный акт о регулировании чем писать стеркой с карандашем или ручкой.

Следователь по 217 не показывает все дело выдавая по 1 тому. Косячит выдавая защитнику под тем же номером но другой том. жалобы не помогают так как он хочет урезать срок ознакомления через суд. А суд всегда на стороне следователя

А вы скопируйте, сфотографируйте все материалы дела. После этого он уже ничего поменять не сможет.

Так оно и есть. Если не пронумерованы и не прошиты, вообще не приступайте к ознакомлению, более того с жалобой к прокурору сходите, если адвокат не может этот вопрос решить. Сделайте копии материплов дела и пусть следователь их заверит подписью и печатью.

Можно ли повторно ознакомиться с материалами и снять копии

Можно. Согласно ГПК РФ стороны имеют право ознакомиться с делом, делать копии, выписки и т. д

▪ составлено обвинительное постановление.
7) пользоваться помощью переводчика бесплатно;

[Уголовно-процессуальный кодекс РФ] [Глава 7] [Статья 47]

Об уголовном деле речь. коллега. Мамедов.

10) участвовать с разрешения следователя в следственных действиях, производимых по его ходатайству или ходатайству его защитника либо законного представителя, знакомиться с протоколами этих действий и подавать на них замечания;

▪ возражать против обвинения, давать показания по предъявленному ему обвинению либо отказаться от дачи показаний.

При согласии обвиняемого дать показания он должен быть предупрежден о том, что его показания могут быть использованы в качестве доказательств по уголовному делу, в том числе и при его последующем отказе от этих показаний, за исключением случая, предусмотренного пунктом 1 части второй статьи 75 настоящего Кодекса;

В гражданском деле не пронумерованы листы дела

3.6.1. Оформление дел проводится работниками службы документационного обеспечения управления организации или другими структурными подразделениями, в обязанности которых входит заведение и формирование дел, при методической помощи и под контролем архива организации.

3.6.8. В целях обеспечения сохранности и закрепления порядка расположения документов, включенных в дело, все листы этого дела (кроме листа-заверителя и внутренней описи) нумеруются арабскими цифрами валовой нумерацией в правом верхнем углу листа простым карандашом или нумератором. Листы внутренней описи документов дела нумеруются отдельно.

3.6.15. В случаях обнаружения большого числа ошибок в нумерации листов дела проводится их перенумерация. При перенумерации листов старые номера зачеркиваются и рядом ставится новый номер листа; в конце дела составляется новый лист-заверитель, при этом старый лист-заверитель зачеркивается, но сохраняется в деле.

3.6.4. Документы, составляющие дела, подшиваются на 4 прокола в твердую обложку из картона или переплетаются с учетом возможности свободного чтения текста всех документов, дат, виз и резолюций на них. При подготовке дел к подшивке (переплету) металлические скрепления (булавки, скрепки) из документов удаляются.

составление, в необходимых случаях, внутренней описи документов;

Запрещается выносить лист-заверитель на обложку дела или чистый оборот листа последнего документа. Если дело подшито или переплетено без бланка листа-заверителя, он наклеивается за верхнюю часть листа на внутренней стороне обложки дела.

3.6.13. Подшитые в дело конверты с вложениями нумеруются; при этом вначале нумеруется сам конверт, а затем очередным номером каждое вложение в конверте.

Прочитайте другие ответы юристов:

Источник: https://urist-onlain.ru/otvety/skolko-listov-v-tome-ugolovnogo-dela-9111.html

Поделиться:
Нет комментариев

    Добавить комментарий

    Ваш e-mail не будет опубликован. Все поля обязательны для заполнения.